— Вперед! — завизжал Львинолап, бросаясь навстречу неприятелю. Воробушек, не раздумывая, кинулся противнику под ноги. От неожиданности полосатый лазутчик споткнулся и повалился на бок.

Львинолап мгновенно вскочил на него.

— Хватит! — раздался над поляной пронзительный окрик Белки.

Львинолап перестал колотить по Ежевике задними лапами и хмуро уставился на мать, бежавшую к ним через лаз в колючем кустарнике.

— Но мы же только начали! Мы представляли, будто на наш лагерь напало племя Теней!

— И мы почти победили! — буркнул Воробушек.

Ежевика поднялся с земли и стряхнул с себя Львинолапа.

— Отличная засада, — добродушно проурчал он. — Но вы же знаете, что тут играть нельзя!

Львинолап уселся на землю и тяжело вздохнул.

— Это единственное место, где можно тренироваться в засадах, — буркнул он и, обернувшись, взглянул на недостроенную воинскую палатку. Ее крыша была уже почти готова, оставалось только погуще оплести ее ежевикой и проделать внутри отверстие, чтобы соединить два помещения.

Остролапка тоже подошла к родителям и пожаловалась:

— Мы никому не мешали! — Она повернулась навстречу ветру, который с готовностью пригладил ее черную блестящую шерстку.

Припекающее солнце сезона Юных Листьев прогнало из каменистого оврага холод, но предыдущим вечером с гор задул сильный ветер, напомнивший разомлевшим от тепла котам, что сезон Голых Деревьев закончился всего четверть луны назад.

— А что если все оруженосцы захотят здесь тренироваться? — строго спросила Белка. — Да никто глазом моргнуть не успеет, как вы сломаете стену и работа Крутобока и Березовика пойдет насмарку!

— Мы и так спешим закончить эту палатку, чтобы вам было, где разместиться, когда станете воителями, — добавил Ежевика. — В старой-то уже нет места!

— Ладно, мы поняли! — гордо вздернул подбородок Воробушек. После драки вид у него был взъерошенный, а в шерсти запутались обрывки палой листвы.