Кот Матроскин тихонько так говорит дяде Фёдору:

– Всё, я больше не могу. Я забираю Мурку с Гаврюшей и ухожу в патриотический поход. Я знаю один дом, где лесники живут.

– Нельзя, – говорит дядя Фёдор. – Папа и мама здесь одни пропадут.

– А мы их с собой возьмём.

– Нет, – говорит дядя Фёдор. – Мы не должны сдавать наше Простоквашино. Мы сейчас выборами займёмся.

– Слушайте, – вдруг вступил папа. – А наш Шарик совсем про своё фоторужьё забыл. Почему бы тебе, Шарик, не выпустить патриотическую стенгазету?

– Какую такую стенгазету? – не понимает Шарик.

– А такую, – объясняет папа. – "Военные уходят на пенсию, но не сдаются!" И десять фотографий тёти Тамары за работой по воспитанию молодого поколения.

– Это мысль! – поддержала мама. – Тётя Тамара сейчас так хорошо выглядит на свежем воздухе. Очень она фотогеничная стала.

Тётя Тамара застеснялась немного, но спорить не стала. Мысль о военных пенсионерах, которые не сдаются, показалась ей прогрессивной и воспитательной.

Ординарец Иванов-оглы сказал:

– Эх, жаль, что у меня во время службы фоторужья не было. Я бы столько военного патриотизма наснимал. Помню случай у нас был с товарищем полковником, аккурат под Новый год. Пришёл приказ списать старые танки.

В это время почтальон Печкин подошёл. Он даже поразился:

– Неужели наша армия на старых танках воюет?

– Нет, – объяснил Иванов-оглы. – Это только так говорится – "старые танки". А они совсем новые, в масле, даже не надёванные. Просто у них гарантийный срок кончился.

– Вот бы мне такой танк ненадёванный! – сказал Печкин.

– Зачем? – удивились все.

– Почту развозить. От собак отбиваться, от мафии. Да мало ли что, где дачники в машине застрянут, так я их танком вытащу. Я такой бизнес открою по вытаскиванию. У нас дороги, сами знаете, какие! А ещё охота… на кабана там, на утку!

– На утку с истребителем охотиться надо! – проворчал Матроскин.