Кирилл и Анатолий полезли на чердак.

Кирилл прорубал в потолке, Анатолий - в крыше.

Работал Кирилл неумело, поэтому доски, которые он вырубил, повалились вниз.

- Эй! - закричал Кирилл. - Отскакивай!.. - Просунул лысоватую голову в дыру и закричал ещё громче: - Что ты делаешь?

Анатолий тоже наклонился над отверстием.

Гришка старательно разбирал печку. Он складывал кирпичи на пол, соскабливал с них раствор.

- Ты что, с ума сошёл? - Анатолий спрыгнул с чердака на землю, ворвался в домик. - Делали-делали. Уже ночь на дворе.

- Упущение допустили, - возразил Гришка.

- Какое ещё упущение? - спросил Кирилл с чердака.

- Печурку нужно, как у бабки Татьяны.

Кирилл покрутил пальцами возле виска.

- Сдвинулся... Давай уж сразу всю комнату печками загородим. В том углу голландку, в том - "буржуйку". Тут печурку, тут лежанку...

Гришка разостлал чертёж.

- Зачем? Печурка, она вроде норы. Она в печке делается. Носки в ней сушить можно, валенки греть... У бабки Татьяны в печурке кот спит.

- Но ведь у нас нет кота, - сказал Анатолий, устало садясь возле Гришки.

- Это вы не беспокойтесь. Я вам кота доставлю.

Гришка подошёл к печке, пытаясь показать, какая бывает печурка.

- Она такая, - говорил он. - Норой... В общем, печка без печурки, как велосипед без звонка. Из печурки тёплый воздух в комнату волной прёт.

Они сделали печурку. Они сделали не одно колено, а целых три. Трубу они соорудили широкую, на голландский манер.

- Агрегат тепла, - сказал Анатолий.

- Монумент, - сказал Кирилл.

- Это ещё не всё, - сказал Гришка. - Её ещё обмазать и просушить нужно.

Третье утро вошло в домик тихо и неожиданно. Оно дрожало вокруг кисейным туманом. Третье утро заполнило домик запахом трав. Этот запах пересилил запах глины, запах старой извёстки.