- А что мне с председателем делать?

- Колхозом управлять, к примеру.

- Шутите. Для этого дела мотоцикл нужен, - с завистью сказал мальчишка. Почувствовав насмешку, он придавил глаза бровями и сказал строго: - Кирпич-то разобрать нужно. Битый отдельно. Половинки отдельно, целые кирпичины в особую кучу.

Кирилл и Анатолий принялись разбирать кирпичи.

Мальчишка поглядел на них, взял лопату и, ни слова не говоря, принялся копать яму.

- За водой сбегайте, - скомандовал он, даже не подняв головы.

Анатолий схватил вёдра.

- Не споткнись! - крикнул ему Кирилл.

Потом Кирилл бегал за водой. Потом опять Анатолий. Потом Кирилл бросал в мальчишкину яму песок, Анатолий - глину. Оба по очереди лили в яму воду. Мальчишка замешивал раствор.

- Видели, как надо? Теперь сами... Чтоб комочков не было... Давайте... - Он отдал лопату Анатолию, сам пошёл в домик обмерять пол.

Под вечер, когда Кирилл и Анатолий не падали лишь только потому, что вдвоём держались за лопату, а лопата накрепко завязла в растворе, мальчишка сказал:

- На сегодня хватит. Отдыхайте. Завтра приступим. - Взял коня под уздцы и повёл его по дорожке. - До свидания.

- До свидания, - сказал Кирилл.

- Молочка бы сейчас попить, - сказал Анатолий.

Приятели обождали, пока не замолк скрип колёс, и направились к деревне.

Они долго плутали по улицам в поисках дома, где, по их мнению, оказалось бы самое сладкое молоко.

Наконец они выбрали избу, с высокой крышей и с тюлевыми занавесками. Постучали по стеклу пальцем.

Из окна выглянула старуха. Крепкая - зубов полный рот. Морщины на её щеках всё время двигались, словно рябь на воде.

- Ой, родимые! Кто это вас так уходил? - спросила старуха, и все морщинки побежали у неё на лоб.

- Нам бы молочка, - сказал Анатолий, прислонясь к стене.

- И свежих огурчиков, - сказал Кирилл.