Икота у него была какая-то особенная: молчит, молчит — и вдруг — ик! — на всю речку.

— Постучите — ик! — кто-нибудь мне по спине!

Желающих постучать вызвалось достаточно — старались изо всех сил, но без толку…

В Мишанином картузе принесли воды, но и от воды никакого улучшения.

Братец Кролик подарил Глебу выловленное в реке зеленое яблоко, которое первоначально намеревался съесть сам. Глеб яблоко съел, но икать не перестал.

Лаптяня дал ему походить на костылях, но и костыли не помогли.

Музыкант позволил поиграть на трубе. Глеб с удовольствием поиграл, но икота не прошла.

— Надо его еще раз испугать… — нашептывал неугомонный Братец Кролик. — Самое лучшее от икоты… От еще одного испуга первый испуг проходит…

— Я тебе испугаю! — встревожился Мишаня, считая себя больше других ответственным за здоровье Глеба. — Уже испугал, лучше некуда! Ты чтоб у меня не выдумывал, покуда я тебя самого не испугал!..

— Да я не говорю: опять его в воду. Я говорю: как-нибудь по-другому…

— А ну как он так насовсем останется? — сокрушался Мишаня. — Что теть Нюше говорить?..

— Что-нибудь надо придумать! — громко сказал Гусь.

Это слово услышал Глеб и тоже забеспокоился:

— Ничего придумывать — ик! — не надо!.. Я сам обойдусь без — ик! — всяких придумываний…

Однако большинство считало, что слегка попугать его не мешает, не очень, конечно, сильно, а только чтоб икота прошла.

— Ты чего больше боишься? — дипломатично спросил Глеба Гусь.

— Ничего не боюсь!..

— А щекотки боишься?

— Ничуть!

— А ужаков?

— Ужаков я могу брать руками!..

— А пауков?

— Пауки у меня имелись даже вполне ручные!

Затруднительно было лечить такого больного.

Но Братец Кролик что-то опять придумал и предложил:

— Айда ко мне! У нашего квартиранта-аспиранта есть микроскоп.