Хорошо, бабушка Кланя печку истопила. Тепло в избе. Надела Анюта старое своё платьице, что на печке согрелось, стало ей весело. А отчего весело, сама не знает. Даже притопывать босыми ногами стала и подпевать:
Толюн смотрел-смотрел на сестру и говорит:
— Дурёха, пятки пожалей.
Засмеялась Анюта, обняла Толюна, поцеловала и вдруг — хлоп по затылку! Ещё раз поцеловала и хлопнула. Вырвался Толюн и закричал:
— Если погреться захотела, на печку лезь! А зачем дерёшься? — И отвернулся от сестры — смотреть на неё не может.
— Толюнчик! — позвала Анюта. — Хочешь, книжку почитаем?
Толюн молчит.
— Эх ты, гулюшка!
Толюн опять ни слова.
— Ну, кто быстрей на печку влезет! — крикнула сестра.
Они бросились к печке, толкая друг друга. И сразу тёплая овчина приняла их, пригрела.
— А вот отгадай загадку… — страшным голосом говорит Анюта. — Живёт на свете птица. Не простая, а удивительная. У этой птицы четыре большущих крыла да длинный хвост, а в хвосте двенадцать перьев, каждое перо и беленькое и чёрненькое… Какая это птица, а? Отгадаешь — пойдёшь в школу. Не отгадаешь — никогда не пойдёшь.
— А у птицы четыре крыла? — переспрашивает Толюн.
— Четыре.
— Уродка, — говорит Толюн. — Эта птица — уродка.
— Сам ты уродка. Это четыре времени года, — смеётся Анюта. — Зима, весна, лето и осень. А в хвосте двенадцать перьев — значит двенадцать месяцев. А чёрненькое и беленькое — это ночь и день.
— А зачем четыре крыла? — не унимается Толюн. — Чтоб быстрее летать, да?
— Эх, ты! «Зачем, зачем»! Будешь учиться в школе — всё узнаешь. Только теперь уж тебя не пустят.