Лидия Алексеевна Чарская

Полное собрание сочинений

Том десятый




Для детей среднего и старшего возраста

С рисунками


Вместо вступления



Шелестят густые чинары в большом, тенистом саду, Шумят ветры, плещет река под горою, стонут гулкие обвалы в далеких горах… Тссс! Затихни, природа, и внимай сладкому голосу ночного певца. Поет буль-буль (соловей) сладкоголосый, поет чудесную песню на розовом кусте. Тише, ветры, тише, Кура темноводная, тише, далекие горы, — слушайте все песню буль-буля в задумчивой восточной ночи, слушайте внимательно!

И замолкают чинары, и звенит соловьиная песнь.

Не то быль, не то сказку поет задумчивый певец. И весь сонный Гори, с его ароматными садами и зелеными виноградниками, с его оживленным базаром и узкими улочками, слушает соловья.

Его дед, такой же, как и он, певец восточной ночи, передал сыну эту песнь. Сын научил ее петь своего сына.

«Здесь, в этом забытом гнезде над Курой, в предместье Гори, — поет он, — жил когда-то знатный грузинский батоно — господин — князь Георгий Джаваха-оглы-Джамата. Он был храбрый офицер. Пускался в далекие Дагестанские горы, усмирял восставшие аулы и дружил с покоренными лезгинами, как свой брат-кунак (друг, приятель). И сердце свое отдал черноокой лезгинке из аула Бестади, увез в свою усадьбу и сделал своей женой.

Отец девушки, Хаджи-Магомет, долго не мог простить свою дочь, изменившую вере отцов и принявшую христианство… И только рождение внучки, княжны Нины, вернуло гордому старику угасшую было любовь к дочери.

Как цветок весенний, как роза Алазанской долины, росла девочка Нина, христианское дитя, с душой свободной, как горы Дагестана, и смелой, как у кавказского орла…



1 из 171