Особенно же радуется этому обстоятельству Слава. Шалун валится с размаху на траву и громко хохочет, вызывая лесное эхо.

При первых же звуках этого хохота Жучок оставляет свое занятие и со всех ног кидается к Славе. В мудрую собачью голову приходит счастливая мысль во что бы то ни стало лизнуть барахтающегося в траве Славу, лизнуть прямо в кончик носа.

— Едут! Едут! Кодя едет! Новенькая едет! Смотрите! Смотрите! — внезапно раздаются голоса воспитанниц, и черному Жучку волей-неволей приходится отложить свое намерение до более подходящего случая.

В это время из-за сосен показывается коляска. В ней сидит молодая красивая женщина с озабоченным лицом. Больше в коляске никого нет.

— А где же новая девочка? — спрашивают все. — Да, где же новая девочка?

Валерия Сергеевна выходит из коляски.

— Мама Валя, а где же сиротка? — спрашивает малютка Ляля и на правах самой маленькой воспитанницы виснет на шее начальницы.

Попробовал последовать ее примеру и Жучок, который со всех ног кинулся было на грудь хозяйки, но Слава, а за ним и Люся предупреждают его, и Жучку остается только удовольствие облизать затянутую в перчатку руку Валерии Сергеевны.

Все двенадцать воспитанниц «Убежища» вмиг окружили начальницу:

— Что случилось с девочкой? Почему ее нет?

Валерия Сергеевна, взволнованная не меньше детей, сказала:

— Я обошла весь поезд, все вагоны, расспросила кондукторов, всю прислугу поезда, но мне никто не мог сказать, где находится маленькая девочка. Говорили о ехавшем до предпоследней станции каком-то подростке, очень живом и шаловливом, но на предыдущей остановке подросток куда-то исчез.

Во всяком случае, дети, это была не Кодя! Ведь меня просили взять в «Убежище» бедную, маленькую, убитую горем сиротку, а не шаловливого подростка! Стало быть, это не она!