Стали они на санках кататься. Сперва медвежонок зайчика покатал, потом тот медвежонка, а потом оба сели в саночки и покатили с горки, да так, что только ветер в ушах свистел. Скатились раз, скатились другой, а в третий раз саночки не выдержали и - трах! - в щепки.

Заголосил Топтыжка, очень ему жалко этих саночек стало. А Чернохвостик его утешает: "Не плачь, сейчас другую игру придумаем!" Нашёл жёрдочку, перекинул через пенёк, на один конец Топтыжку посадил, на другой сам сел. И пошло у них такое веселье, что только держись!

Вернулся Топтыжка домой, рассказывает; "Я с зайчонком подружился, уши у него - во! - и хвостиком всё так делает" . А Медведица как зарычит на него:

- Где это видано, чтобы медведи с зайцами дружили? Мы звери знатные, а они мелюзга трусливая! Не смей больше в лес ходить, с зайцем дружбу водить!!

Слезла с печи, дверь на все запоры закрыла и снова спать улеглась.

Ну, а зайчишка как? Ему тоже досталось. Оттрепала его Зайчиха и говорит:

- Где это видано, чтобы зайцы с медведями дружили? Они народ грубый, неотёсанный, нас вовсе за зверей не считают. Не смей в лес ходить, с медведем дружбу водить!

И просидел Топтыжка всю зиму в избушке. Нет-нет да и глянет в окошко: может, приятель покажется? А приятель-то сам Топтыжку дожидается, но от дома отойти боится: зайчиха не велит. Так они с тех пор и не виделись.

Пришла весна. Медведица проснулась, взяла лукошко и повела сына в лес. И попал Топтыжка на то самое место, где когда-то с зайчонком играл. Вспомнил своего приятеля, загрустил. Дай, думает, поищу его.

Вышел на крутой берег, видит - там, где снег был, бурная река разлилась, деревья с корнем вырывает, тяжёлые льдины ворочает. И плывёт по реке чей-то домик; качается на волнах, того и гляди, опрокинется. А на домике сидит Зайчиха с самоваром да с узелками, и рядом с ней - он, зайчонок Чернохвостик!

Узнал его Топтыжка, кинулся на помощь: с обрыва на берег, с берега на льдину, с льдины на брёвнышко, а с брёвнышка-то не рассчитал и - бултых! прямо в воду.