— Томлина. — И добавила не без гордости: — Я приближенная служанка ее величества Тор-Мозины…

— А почему ты плачешь?

— Разве ты не знаешь, что Тор-Мозина обещала казнить моего дядю Горновея, если тот не сумеет уничтожить Кукушку? Он никому не причинял зла — мой дядя. Он скорее согласится умереть, чем убить ни в чем не повинную птицу…

На секунду глаза Томлины, в которых стояли еще слезы, задержались на Вовке.

— Ты?.. Я догадалась, догадалась! Ты пришел оттуда, где растут живые цветы? Да? Я угадала?

— Угадала. Меня все зовут Вовка… Вова… Володя… Я учусь в двадцать шестой школе.

— У нас тоже есть школа — сказала Томлина. — Но там учат лишь детей высокой знати. О! Там очень мудренно! Они изучают таблицу умножения. Все время учат, что два умноженное на два будет четыре и — представь себе — у них все время выходит четыре. Вот какую премудрую науку изучают дети.

— И ты никогда не училась в школе? — В голосе Вовки прозвучало такое удивление, что Томлина даже вскинула большие, дрожащие ресницы.

— Разве только я одна такая? Наши семьи должны шить одежду, обувь, платить разные подати на содержание двора и стражи ее величества. Она боится врагов и все больше и больше размножает каменных солдатиков, которых нужно одевать. Хорошо еще, что подчиненные не требуют еды…

— Ах, какую страшную сказку придумала Тор-Мозина, — не выдержал Вовка. — Неужели обитатели королевства могут жить без времени? без облаков? без солнца?..

— Солнце? — переспросила девочка и часто-часто заморгала ресничками. — А что это значит — «солнце»? Нам говорят, что мы самые счастливые обитатели самой необыкновенной страны, где не нужно думать, где время остановилось и никто не умирает, если того не захочет сама Тор-Мозина…

— Конечно, вы счастливы, потому что почти никто из вас не знает, как вы несчастны… Вы не знаете, как пахнут на рассвете живые цветы, как шумят дожди и зажигаются между землей и небом радуги…