— Море? — неуверенно спросил я.

— Море, — кивнул головой Торопун-Карапун.

— Там?

— Да. И скоро отправляемся в плавание.

Я свободно вздохнул. Значит, с картой все в порядке. Торопун-Карапун подошел к двери и распахнул ее. В соседней комнате на полу лежал опрокинутый стул.

— Это пристань, — объяснил Торопун-Карапун и показал на спинку стула.

— Мне можно? — неуверенно спросил я.

— Пожалуйста! Скоро мы отчаливаем.

Я ступил на пристань.

— Вот команда. — Торопун-Карапун показал на зеленого оловянного солдатика и расписную деревянную ложку.

— Они что, поплывут с нами?

— Да. Солдатик — старший матрос, а Ложка — рулевой.

— А… я?

— А вы — коком. Поваром на корабле.

— А… как же корабль?

— Вот.

— Как? Яйцо?

— Белый остроносый корабль, — твердо сказал Торопун-Карапун. И, точно для того, чтобы я выучил это наизусть, повторил: — Белый остроносый корабль.

— Но на нем же нет мачт? Фок-мачты, грот-мачты, бизань-мачты…

— И не надо.

— Атак же?

— Отставить разговоры! — Торопун-Карапун поднял руку и скомандовал: Все на корабль! Приготовиться отдать концы.

Ложка и Солдатик дружно ответили:

— Есть, капитан, отдать концы!

Я шагнул вслед за ними. Наш корабль качнулся. И мы медленно отчалили.

КОРАБЛЕКРУШЕНИЕ

Да, мы медленно отчалили. И весеннее солнце дунуло золотым теплом на наш корабль, и он закачался на волнах, весь золотой от солнца.

Весна! Весна-а-а! Ура!

Весна — лучшее время, чтоб искать клады. Так говорят сказки. Но ведь и мы уже плыли в сказке. Мы уже были в сказке. И нам светило это весеннее солнце, предвещая удачу.

Первые минуты я ни о чем не думал. Я просто был счастлив, что опять маленький, как много лет назад. И я готов был прыгать и плясать от радости: «Эй вы, бородатые дяди! Посмотрите, какой я! Посмотрите, где я!» Но прыгать и плясать нельзя было, ведь наш кораблик такой хрупкий. И чтоб чего-нибудь не повредить, не сломать, я осторожно уселся на корме и подобрал ноги, к сожалению, очень длинные. Почему у меня такие длинные ноги?