— Лешка — золотой мальчик, а вы все трусы. — И она направилась к своей верной подруге Зиночке Крючковой, все еще поддерживающей полку с проволочной моделью атома. Галя шла, размахивая молотком, потому что была дежурной и собиралась укрепить полку.

***

Снова закипела бурная жизнь восьмого «Б», и про Лешу забыли. Но он, чувствуя себя униженным, уже не мог сидеть в одиночестве. От этого горького чувства его могло избавить только всеобщее признание.

Сперва Леша подошел к хихикающей компании Вадима Кострова.

— …И тут, ничего не подозревая, Жан Габен заходит в ванную комнату… — рассказывал Вадим. — Неужели никто не видел? Она же в «Комете» идет…

— Я видел, — попытал счастья Леша.

— А мы не видели!

Вадим закапризничал:

— Если Жильцов видел, тогда неинтересно, тогда пусть он сам рассказывает.

И все стали Вадима упрашивать:

— Нет, нет. У тебя смешнее получается.

— Уйди, Лешенька, а то Вадим рассказывать не будет, а у него всегда обхохочешься.

— Никто у него не отнимает, — сказал Леша, — только ведь настоящий юмор…

— Ты кукарекать умеешь? — перебил Лешу Вадим.

— Как? — удивился Леша.

— Вот так…

Вадим очень похоже кукарекнул. Все засмеялись, и Леша отошел, пожав плечами. Костров опять начал рассказывать. Смех за Лешиной спиной подтвердил, что он оправдал ожидания. Леша оглянулся и грустно посмотрел на чужое веселье. А неприметная девочка поспешно уткнулась в книгу.

— Ну что, так никто и не поможет гвоздь забить? — возмущалась Галя Вишнякова. Она вместе с Зиночкой никак не могла справиться с полкой. — Мальчики, я уже себе все пальцы отшибла.

Леша очень ловко забил бы этот, гвоздь. Не великий подвиг, а все же было бы как-то легче. Но только он подошел к девочкам, как у Гали опять появилось стремление к самостоятельности. Она явно ждала чего-то иного. И дождалась. Молоток перехватил стройный гигант в тренировочных брюках — Вахтанг.