— Электрический ток, Леша, это… как бы тебе сказать… Это направленное движение заряженных частиц, — сказал он солидным басом.
— Без фокусов! — одернул Вадима физик. — Чего вдруг эти вредные, непоседливые частицы ни с того ни с сего решили двигаться? Помните, я образный пример приводил? Насчет мошкары и ветра. Что их гонит? Вишнякова!
— Разность потенциалов, — ответила Галя.
— Слыхал? И тебе не стыдно перед такой девочкой? — Иван Федорович даже отвернулся от Леши. — Что нам с тобой делать? Посоветуй, — сказал учитель, не глядя на Жильцова.
— Как птица летит и на воздух крыльями опирается, — начал Леша очень искренне, — я представляю…
— Так, — подбодрил его физик, глядя в классный журнал.
— Пар на поршень давит — вижу…
— Так…
— А как электроны по металлическому проводнику…
Иван Федорович не выдержал:
— Ты не философствуй, а соображай! Сообразить не можешь — вызубри. Я этого слова не боюсь. Тем более, что Ньютон из тебя все равно не получится. Вот давай спросим: кто еще до сих пор не знает, что такое электрический ток? А? Кому в семидесятых годах двадцатого столетия это не ясно? — Учитель выжидающе оглядел класс. — Видишь, Жильцов, ты в полном одиночестве.
Взгляд Ивана Федоровича вновь добрался до Леши, и учитель увидел, что этот один из самых слабых его учеников упрямо смотрит в окно.
— Подумать только, — в отчаянии сказал физик, — он опять в окно смотрит!.. Кого, кого ты там высматриваешь?
Новенькая подняла руку.
— Что тебе, Каретникова? — спросил Иван Федорович.
— Я не знаю, что такое электрический ток, — сказала Женя.
***
Волик купил две груши. Надкусив одну, а другую оставив для Леши, он буквально танцевал напротив Лешиного окна с надкусанной грушей в руке: Волик делал вид, что ест грушу, и, закрывая глаза, показывал, какое это блаженство. Потом он стал приглашать Лешу присоединиться, объяснив жестами, что вторая, нетронутая груша принадлежит ему, Леше. Он до того разошелся, что на него начали обращать внимание прохожие. Заметив это, Волик принял чинный вид и стал прохаживаться напротив Лешиного окна.