– Как вы себя чувствуете, сеньор Барбер? – холодно осведомился он вежливым невозмутимым тоном.

– Долго вы еще намерены держать меня в этой дыре? – спросил Рон.

Он старался казаться таким же спокойным, как и его противник. Он догадывался, что близится решающая минута, ведь с тех пор, как он здесь очутился, его первый раз извлекли из камеры.

– Вы находитесь в народной тюрьме, – ответил незнакомец, – и пробудете здесь столько, сколько потребуется.

Подойдя поближе, девушка с горящими от ненависти глазами следила за их разговором.

– Надо было вас сразу и прикончить, – бросила она.

Элегантный мужчина одобрительно кивнул:

– Сеньор Барбер, вас будут судить за совершенные вами преступления, но прежде я хочу кое-чего от ваг добиться.

Рон Барбер попытался не выказывать страха. Было ясно, что рано или поздно это случится.

– Что вам надо? – спросил он, стараясь запечатлеть черты незнакомца у себя в памяти.

– Имя того, кто выдал вам своих товарищей, тех, кого вы убили.

Кадык на шее Рона Барбера дернулся, однако взгляд его ничуть не дрогнул.

– Не понимаю, что вы имеете в виду.

Элегантный мужчина медленно покачал головой:

– Вы глупы, сеньор Барбер. Я должен заставить вас заговорить. Любой ценой. На карту поставлено существование нашего движения.

На несколько секунд он замолк, потом добавил:

– Вы ведь понимаете, что это более важно, чем жизнь агента американских спецслужб, даже такого значительного, как вы.

Рон Барбер глубоко вздохнул. Только не терять самообладания.

– Полиция сейчас прочесывает весь город, – сказал он, – Мои друзья не дадут мне погибнуть. Вам лучше меня отпустить.

Слабая улыбка осветила красивое лицо боевика.

– Сюда, – сказал он, – никто вас искать не придет.

Но даже если полиция окружит этот дом, живым вы не выйдете. – Он показал на квадратное отверстие в потолке. – Над нами шестьсот тонн воды. Плавательный бассейн. При малейшей опасности подземелье будет затоплено. Ваша смерть наступит через несколько секунд. Даже если парень, что вас сторожит, не успеет пустить вам пулю в лоб.