- Что вижу! - восклицает изумленный Святослав. - Кто ты, незнакомка, и где моя Людмила?
- Я Людмила; ужели ты не узнал меня, Святослав прекрасный?
- Ты Людмила? Не может быть, это обман!
Ропот негодования послышался в княжеской палате; никто не узнает Людмилы.
Святослав удалился; он ищет смятенными взорами в толпе красавиц Прекрасной девицы, пленившей его душу, но князь Владимир подымает руку, и все опять умолкло.
- Ты называешь себя Людмилою, - говорит он Людмиле, трепещущей и печальной, - верю твоим словам; верю, что красота твоя могла измениться в течение одного дня, но дарования твои должны быть неизменны. Подайте гусли; садись и спой нам ту самую песню, которую ты пела вчера.
Людмила, несколько ободренная, подходит к гуслям... О чудо! Пальцы ее неподвижны, голос дик и неприятен.
Князь Владимир в великом гневе встает с престола, приказывает Людмиле удалиться; испытание отложено до следующего вечера.
Что сделалось с тобою, несчастная, добросердечная Людмила? Ты плачешь, ты мучиться отчаянием, ты страждешь безнадежною любовию! Где твое прежнее спокойствие, где прежняя беспечность невинной души твоей? Сиротка, заливаясь слезами, оставляет Киев и спешит укрыться в бедную хижину, на берег светлого источника, под сень развесистых берез, в которых провела она цветущую свою молодость.
"Зачем, зачем я оставила тебя, спокойная моя хижина!" - так думала бедная Людмила, идя через рощу по знакомой излучистой тропинке.
Приближается к хижине и видит, что в ней горит огонь, испугалась, не знает, войти ли в нее или нет. Наконец решилась, отворяет дверь: что же? В хижине сидит старушка волшебница, ее знакомка. Людмила остолбенела от удивления, несколько минут не говорила ни слова; наконец пришла в себя и залилась горькими слезами.
- Ах! - сказала она старушке. - Ты одна причиною моего несчастия! Для чего погибельным своим очарованием возвела ты меня вчера на трон, которого я не искала, о котором никогда не могла думать, и для чего теперь, когда пленительная надежда ослепила мою душу, когда любовь, произведенная тобою в моем сердце, сделалась для меня драгоценнее и самих почестей трона, я вдруг лишена всего, покрыта стыдом, и от кого же? От тебя, которой я не сделала никакого зла, которой, напротив, хотела сделать добро, не ожидая никакой за то награды!