В палате послышался ропот.
- Какой выбор! - шептали оскорбленные красавицы, смотря на скромную Людмилу, одетую просто и совсем не имущую красоты блестящей.
Пересвета и Мирослава были вне себя от досады и зависти.
- Кто бы это подумал, - говорили они одна другой, - нам предпочесть Людмилу; какое ослепление!
Мужчины также смотрели на Людмилу, но чувства их были другого рода.
- Как она прелестна! - восклицали и старики и молодые. - Какая привлекательная скромность, какой невинный взгляд, какая нежная, милая душа изображается на лице ее, приятном, как душистая маткина-душка!
Людмила сама не понимала того нежного чувства, которым наполнено было ее сердце; она не смела взглянуть на прекрасного князя Святослава и еще более украшала себя милым своим смятением. Святослав пожимал ее руку и ободрял ее пламенным своим взглядом.
Но великий князь Владимир начал говорить, и все утихло.
- Сын мой, - сказал он прекрасному Святославу, - твой выбор приятен моему родительскому сердцу, но красота не одно достоинство супруги; хочу, чтобы она соединена была с качествами и дарованиями более надежными. Избранная тобою невеста превосходит всех других прелестями лица; посмотрим, сравняются ли они с нею дарованиями и умом.
Людмила побледнела, услышав слова великого князя Владимира.
- Ах! - воскликнула она. - Я ничему не училась! Это минутное торжество послужит только к тому, чтобы доказать всему свету мое невежество. Отпусти меня, великий князь Владимир; я пришла сюда не для того, чтобы оспаривать у других, более достойных, то счастие, для которого я не рождена судьбою; я пришла насладиться счастием милых подруг моих. Отпусти меня, мой жребий скрываться в бедной хижине, ходить за цветами, довольствоваться уделом низким и никогда не мечтать о пышном троне.