Сколько радости было, как только мы встретились... Леша к этому времени уже заставил заговорить о себе знатоков. Одиннадцатилетним мальчиком он крутил в манеже полный круг «арабских прыжков» — боком через голову — в темпе, на крохотной площадке делал подряд три десятка фляков, т. е. совершал прыжки через спину назад на руки - на ноги и так далее.

Гога тоже стал выходить в «премьеры». На скачущей лошади выполнял задние сальто. В колонне уже не сидел на старшем брате, а стоял. А затем выжимал у него на голове стойку на руках. Эти трюки и сейчас бы отнесли в гимнастике к разряду «ультра-си», т. е. сверхсложных!

И опять вышло так, что мы приехали сменять старую программу. В ней, в частности, выступали канатоходцы Гулям-Хайдар. И еще был другой аттракцион — немецкий дрессировщик львов и белых медведей Лаци Кайтар. Это был представитель так называемой «дикой» дрессировки. То есть он стремился заставить животных выполнять различные упражнения с помощью силы, страха. В основе дрессуры нашей лежит иное: ласка, если хотите, «убеждение», хотя это и звучит довольно странно. Но это так.

Лаци с невероятной пунктуальностью, ежедневно, ровно в пять часов утра приходил на манеж (Клетка оставались с вечернего представления, поскольку Лаци Кайтар выступал последним) и занимался дрессировкой. И был у него лев Цезарь. Однажды Цезарь, получив рогатиной под горло, взбунтовался. Он стал прыгать на клетку, биться об нее... И добился своего: могучим ударом вышиб щит и помчался по рядам все выше, выше... А дверь в последнем ряду вела прямиком в общежитие!

Тогда в школе занятия начинались в восемь часов. Мало еще было школ. Учились в три смены.

Как обычно, я поднялся в половине седьмого. Рано? Надо размяться, отработать кое-какие упражнения.

По дороге в туалет я встретил Гогу и Лешу. Туалетная — в конце коридора, довольно большое помещение без закрывающейся двери. Мы там беседуем, говорим, что хорошо бы не опоздать на занятия в школе...