Глаза Тона ожили, засветились двумя красными угольками. Открыв рты от ужаса, ребята смотрели, как медленно приподнимается над полом уродливое металлическое тело. Встав на колени, Тон поднял вверх корявые руки, точно потягиваясь со сна. Суставы заскрипели, посыпалась пыль. Несколько секунд робот был неподвижен, застыв в странной позе, как статуя Медеи.

  -Пронесло, - свистяще выдохнул Макс, и тут, разом растерзав тишину на клочки, раздался голос - страшный своей равнодушной отчетливостью.

  -Объекты, подлежащие уничтожению, зафиксированы.

   Выйдя из оцепенения, ребята бросились бежать, спинами слыша глухие звуки шагов по пенобетонному полу.

   Луч фонарика выхватывал из темноты бесконечные нары с грудой металла на них. А ну, как все эти роботы сейчас оживут?

   Струя раскаленной плазмы врезалась прямо в лежащего на нарах газонокосильщика и он, полурасплавленный, полетел на пол.

  -Бластер, - крикнул Костя на бегу - голос его походил на лай перепуганного щенка. - У него бластер!

  Луч фонаря наскочил на стену - безнадежно - ровную, без единой щелки.

  -Тупик, - взвыл Макс и, вжавшись в стену спиной, повернулся.

   Старый робот медленно приближался, с грохотом приволакивая по полу надломленную ногу.

  -Бластер! - заорал вдруг Макс, повернув к Гишину перекошенное лицо.

  -Да знаю я, - процедил Костя сквозь зубы: он готовился принять смерть достойно.

  -Да не у него, у тебя!

  С радостным воплем Гишин выхватил из-за пояса короткий бластер и, не целясь, выстрелил. Тонкий луч отбросил робота в сторону. Затрещали пенодоски, столбом взметнулась пыль. Многотонное тело Тона пробило пол, и он полетел в образовавшуюся яму, увлекая за собой путешественников, не сумевших удержаться на краю.

  3

   Их окружила темнота и холод.