Гомза тяжело вздохнул и, запихнув ефрейтора в карман, пошел домой. Несмотря на то, что дуб снаружи был самым что ни на есть обычным, внутри него располагались три спальных комнаты, кухня, столовая, рабочий кабинет, чердак и подвал.

В столовой уже накрыли стол к обеду. Как и весь дом, она ломилась от всевозможного антиквариата: старинные картины в пышных рамах, прялка прабабушки, напольная фарфоровая ваза с влюбленной парочкой. Свое наследство мама трепетно оберегала, вздыхая над каждой вещью и бесконечно переставляя туда-сюда.

В руках у мамы Гомза увидел отглаженный плащ, который она приготовила ему на праздник. Он непроизвольно скривился — идти на праздник он хотел в куртке с вышитым на рукаве рыцарем.

— И не спорь, Гомза! Тебе непременно нужно надеть этот плащ! — Мама Гомзы нежно разгладила складки плаща рукой. — Посмотри, какая красота!

Плащ был действительно красив: сшит из торкса (ткани из древесного волокна) и украшен сложным бисерным узором. Гомза представил, что он заявится на праздник в одежде, которая расшита темно-зеленым бисером, да к тому же распространяет аромат кедра, ну как девчонка какая-то. Зак, небось, весь вечер будет над ним издеваться.

— Ну большой он! Я в прошлом году из-за него все время спотыкался. — Гомза поставил ефрейтора рядом с тарелкой и, сморщившись, посмотрел на плащ.

— Ну так то было в прошлом году! — рассмеялась мама. — Ты же вырос! Астор, ты только посмотри на него!

Она набросила на Гомзу плащ. Гомза прошелся по столовой широкими шагами — плащ был впору. Мама стала громко сетовать, что ливнасы не одеваются в нарядную одежду каждый день, как это было во времена ее родителей.

— Вот лесные карлики — молодцы! Они до сих пор ходят в высоких цилиндрах и бархатных кафтанчиках каждый день! Вот бы древесникам у них поучиться! — назидательно добавила она и недовольно посмотрела при этом на мужа.

Астор сидел в кресле и читал.