Можете вообразить, с каким волнением приглашенные на крестины ожидали среды и выбирали себе костюмы. Лорд Главный Судья переоделся башмачником, но он прихватил с собой свой пухлый синий портфель, набитый бумагами, — сойдет за сумку с башмаками, решил он. Главнокомандующий нарядился торговцем собачьей едой и прикатил с собой тележку. Премьер-министр выглядел заправским портным — ему не пришлось даже менять выражение лица. И все другие придворные столь же ловко переоделись.

Добрые феи, получившие приглашения самыми первыми, тоже не забыли о маскировке. Беневола, царица добрых фей, преобразилась в лунный луч, проникающий в любой замок без спросу. Серена, вторая за ней по старшинству и могуществу, явилась бабочкой. Все добрые феи до одной переоделись весьма умело и со вкусом.

Королева выглядела более чем прелестно, король — весьма недурно и мужественно, а новорожденная принцесса, по общему мнению, была самым изумительным ребенком из всех, кого только присутствующим довелось видеть в своей жизни.

Казалось бы, все шло как нельзя лучше. Но вы-то понимаете, что это только казалось. Ибо Лорду Адмиралу, переодевшемуся поваром, не удалось раздобыть достаточно широкого поварского халата, чтобы полностью прикрыть им свой мундир, и краешек эполета выглядывал у него наружу. Это не преминула заметить злая фея Малевола, когда Лорд входил во дворец с черного хода. Она сидела там, притворившись бродячей собакой без ошейника, и наслаждалась зрелищем королевского позора — столько неоплаченных счетов стекалось во дворец!

Но при виде блеснувшего эполета Малевола чуть не выскочила из своей собачьей шкуры.

— Что такое? — проворчала она, принюхиваясь, в точности как собака. — Тут надо разобраться. — И, тотчас превратившись в жабу, она проскользнула в сливную трубу от котла. Ведь в подвале дворца была, конечно, котельная — для отопления в холодное время года.