
И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.
Девятьсот седьмая ночь
Когда же настала девятьсот седьмая ночь, она сказала: "Дошло до меня, о счастливый царь, что шестой везирь говорил царю: "Не следует человеку просить господа своего о деле, исхода которого он не знает, ибо нередко вред от этого к нему ближе, чем польза, и бывает его гибель в том, чего он ищет, и поражает его то, что поразило змеезаклинателя, и его детей, и жену, и домочадцев".
"А какова история змеезаклинателя, и его детей, и жены, и домочадцев?" - спросил царь. И везирь сказал:
"Знай, о царь, что был один человек змеезаклинателем, и он воспитывал змей, и это было его ремесло. У него была большая корзина, где было три змеи. И каждый день он ходил со змеями по городу, и это было для пего способом добыть свой надел и надел для своей семьи. И под вечер он возвращался домой и потихоньку клал гадов в корзину, а утром брал их и опять шёл с ними по городу. И таков был его обычай, и он не сообщал своим домочадцам о том, что в корзине.
И случилось, что когда змеезаклинатель вернулся, как обычно, домой, его жена спросила его: "Что в этой корзине?" И змеезаклинатель ответил: "А что тебе нужно? Разве припасов у вас не больше, чем много? Довольствуйся тем, что уделил тебе Аллах, и не спрашивай о другом".
