– Ну «неизвестность» так «неизвестность»! Господа! Давайте перестанем бегать, вопить и попытаемся разобраться! Кто-нибудь раньше ездил в маршрутке № Н?

Молчание.

– Тогда должно существовать нечто, всех нас объединяющее. Если поймем это, то поймем и почему нас здесь собрали. Давайте прикинем: есть у нас что-нибудь общее?

– Кроме меня, тут все уроды, – буркнула себе под нос Алиса.

– Возраст, – подала голос Фреда. – Кому тут больше шестнадцати – поднимите руку.

Кирилл немедленно вскинул руку.

– Мелюзга вы все!!! Мне семнадцать!

– Кирюша! Ну-ка покажи еще раз тот пропуск! – мягко попросила Лена.

– Запросто! – рука Кирилла с готовностью нырнула в один карман, в другой, в третий. Поиски велись с исключительной решимостью, но пропуск не появлялся. Лена насмешливо ждала.

Первым потерял терпение Даня.

– Хорошо, возраст! – кивнул он. – Но возраст – это слишком очевидно. В Москве триста тысяч таких, как мы.

– А чего так сразу Морква? А если я не из Морквы? Кто еще не из Морквы? – обиделась Фреда.

«Неморквичей» оказалось много. А Лена так даже из Киева.

– Отлично. Значит, не только Москва, – уступил Даня. – Если на то пошло, я сам из Новосиба. Год назад сюда перетащились и теперь регулярно жалеем… Давайте думать дальше! Внешность, рост, спортивная подготовка, психотип, гендерный признак – у нас разные. Тут сходства искать бесполезно.

– Гендерный чего? – нахмурился Макар.

Сашка заметил, что слово «психотип» ему тоже показалось подозрительным, но про него он спрашивать не рискнул.

– Дяденька ты или тетенька, – объяснила с последнего ряда Рина.

Макар скосил на нее глаза, проверяя, всерьез она или нет, и сделал понимающее лицо.

– Анализируем дальше. Есть ли среди нас гении? – продолжал выяснять Даня.

Кирилл снова вскинул руку.