– Впервые слышу, чтобы в Пскове был датский консул, – сказал старший лейтенант Седельников. – По крайней мере, в моем служебном справочнике его телефонного номера нет. Может, в Питере таковой и имеется, только сюда он не сразу доберется. А пока доберется, вам придется, уважаемый господин дипломат, посидеть в нашей кутузке. Не переживайте, крыс мы там на прошлой неделе, кажется, вывели. Задержанные на них все равно жалуются, но это они врут. Правда, крыс как травили, они так под полом и передохли, а теперь из-под пола запашок идет. Но это не страшно. Переночуете, завтра, может быть, ваш консул и приедет. Или сразу поговорим? Без консулов?

– Мне надо быть звонить, – сказал задержанный.

Седельников подумал, что, с одной стороны, раскрутить дело с хулиганством дипломата было бы совсем неплохо. Все равно, конечно, дипломату даже пятнадцать суток не дадут, но хоть Ваня Ушкин руки разомнет. С другой стороны, такое дело могло бы скандалом обернуться. А скандалы молодому сотруднику милиции, когда всякими переменами по всей системе МВД постоянно грозят, ни к чему. Все-таки иностранец, и скандал будет международным. Не лучше ли иностранца передать тому, кто больше с ними работать приспособлен?

– Не-а, не надо тебе звонить. Сначала я позвоню…

Старший лейтенант пошел в свой закуток и позвонил дежурному по районному управлению ФСБ. Все управление состояло из шести с половиной человек, не считая состава погрангруппы, а она и не за управлением числилась, а за погранотрядом, который стоял в соседнем районе, граничащем с Эстонией. Но погранцы и здание отдельное занимали.