По дороге лиса и кошка потихоньку договаривались:
"Придем в дом к зайцу, поедим у него похлебки, тютом зарежем зайчат и из мяса изжарим шашлык".
Заяц все слышал, только и вида не показал.
Пришли они в дом зайца. С перепугу зайчата так и застыли на месте. Гости с удобством расселись на одеялах, даже ноги вытянули.
— А ну, где твоя похлебка? Давай-ка сюда.
Заяц принес полную миску похлебки и поставил перед лисой и кошкой.
— Ну прошу, угощайтесь! Они подсели к еде.
Жадная лиса быстро взяла чашку и съела мгновенно половину похлебки, передала кошке, приговаривая:
— Ах какой вкусный суп! Кошка быстро съела остатки.
Не прошло и минуты как лиса и кошка подохли. Заяц, придя домой, успел положить в похлебку крысиный яд.
А заяц с зайчатами давай прыгать и плясать от радости, что избавились от верной гибели.
Мужественный друг Гайрат
Было ли то или не было, кто знает? Но, говорят, в старые времена городом Бустонабад правил хан Кагар.
Отправился однажды хан Кагар охотиться. Подъехал юн к берегу реки Сыр-Дарьи попоить коня и вдруг видит на склонившейся над водой камышинке из изумрудов сидкт подобная серебристому полумесяцу красавица и полощет длинные, похожие на сияние солнечных лучей волосы.
Хлестнул нагайкой своего коня хан Кагар, конь рванулся вперед. Потянул руки хан, чтобы схватить красавицу, но она скользнула по камышинке и без всплеска исчезла в глуби вод.
Метался по берегу хан Кагар взад и вперед, скакал то в одну, то в другую сторону, но больше девушку он не увидел.
Забыть неведомую красавицу хан Кагар так и не смог, и воспоминание о ней жгло его душу точно огнем.
Сын хана Кагара Турсун, статный и привлекательный лицом юноша, дружил с джигитом из народа Гайратом. Турсун и Гайрат дали клятву: "Пусть превратится тот из нас в камень, кто откажется от друга". Клятву они скрепили кровью.