— Десять минут тишины — это уже что-то, — вздохнула Лена.

— В одном он только прав, — продолжал Илья, — эта женщина действительно похожа на сову!

— И ты туда же! — простонала Лена. — Ну, мальчики, как вам не стыдно!

— Ладно тебе! Давай лучше к дверям пробираться! Нам на следующей выходить.

Троица, усердно орудуя локтями, начала протискиваться между плотно стоящими людьми, пока наконец не оказалась у выхода.

— Уф! Впечатление такое, словно из меня только что сделали фарш для котлет! — заявил Илья, чуть ли не кубарем скатившись со ступенек троллейбуса.

— Я чувствую себя ничуть не лучше! — подтвердила Лена.

Дима стоически, молчал, выполняя данное ранее обещание.

— Ты смотри! Десять минут уже прошли, а он все еще не заговорил! — удивилась Лена.

— Характер воспитывает! — усмехнулся Илья.

— Или нас… — задумчиво сказала Лена. До цирка оставалось совсем недалеко всего каких-то полтора квартала, когда Лене вздумалось посмотреть на билеты. Она притормозила и начала рыться в пакете в поисках кошелька. Уже через несколько секунд раздалось ее гневное восклицание, за которым последовали горькие стенания.

— Что случилось? — подбегая к Лене, спросил Дима, мгновенно позабывший о своем обете молчания.

— По-моему…·по-моему… у меня украли кошелек! — чуть не плача, пояснила Лена, продолжая шарить по дну пакета, в котором теперь осталась только расческа.

— Вероятно, ни в какой цирк мы не идем, — заметил Илья. — Ведь если я не ошибаюсь, билеты у тебя в кошельке лежали?

— То-то и оно, — подтвердила она таким тоном, что ребятам стало ясно: еще немного — и она действительно расплачется.

— Ладно, не убивайся, — попытался успокоить ее Дима. — Ничего страшного, сходим в цирк в другой раз!

— Легко тебе говорить! Ты и в этот раз туда идти не хотел!·А я, можно сказать, только о цирке всю последнюю неделю и думала!