— Уж поскорее бы, а то мне надоело смотреть на то, как ты бродишь по лабиринтам и палишь по всему, что движется и не движется, — буркнула Лена.

— Не нравится — не, смотри. А палить я вынужден; потому что во всяких ящиках, колоннах и тому подобной дребедени нередко запрятаны весьма полезные вещи, назидательно ответил Дима.

— Терпеть не молу игрушки, в которых стреляют, — уныло сообщила Лена. — И как только люди не, понимают, что творят, — выпуская подобные игры!

— А что такого они творят? — удивился Дима.

— Ну вот, ты тоже не понимаешь, — буркнула Лена.

— Так объясни! — разозлился Дима. — А то я последние полчаса только и слышу о том, что чего-то не понимаю!

— Ну хорошо, я объясню, — огласилась Лена. — Вот сейчас ты еще не взрослый и играешь не в настоящую, а в игрушечную войну. А скоро ты вырастешь и, вполне возможно, захочешь поиграть в войну настоящую!

— Глупости какие! — возмутился Дима. — Вечно вы, девчонки, что-то придумываете!

— Вовсе я ничего не придумываю! — обиделась Лена. — Про это даже в газетах пишут, я сама читала!

— Я-то думал, ты уже взрослая, а ты до сих пор веришь в то, что в газетах пишут! — фыркнул Дима.

— Поживем — увидим, — передернула плечиками Лена.

Она хотела сказать еще что-то; но в это мгновение в дверь позвонили.

— А вот и долгожданный Илья, — провозгласил Дима, услышав, как друг здоровается с мамой, открывшей ему дверь.

— Привет! Что это вы с такими кислыми рожами сидите? — жизнерадостно поинтересовался Илья, входя в комнату.

— Тут Ленка критикует все игрушки вместе взятые и вот эту в частности, — сообщил Дима, кивая на монитор компа, где в весьма неестественной позе застыл одетый в странную униформу солдат.

— А-а-а, — понимающе протянул Илья. — Ты на каком уровне?

— На втором, — сообщил Дима.

— А транслокатор уже нашел?