Володя постоял с минуточку в раздумье, потом медленно пошел в сторону дома Гриценко.

— Ну, говори отгадку, — сказал он, остановившись возле калитки. — А то не пойду.

— За калиткой скажу. Прошли во двор.

— Ну, вот теперь слушай, — важно проговорил Ваня. — Это значит; дети на полу, умный на диване. Здорово?

Да, за этим стоило вернуться! Эх, скорее бы в школу, чтобы самому узнать все эти ученые штуки!

Теперь все уже пошло гладко. Друзья стали вспоминать всякие приключения, бывшие с ними зимой во время разлуки.

— Ты под Новый год поздно лег спать? — спрашивал Володя. — Ты до какого часу не спал? А я сперва не хотел ложиться, а потом нечаянно разоспался и уже даже не хотел вставать. А после по радио заиграли «Вальс-каприс», и я развеселился. А тут еще Валька стала дразниться, что я одним глазом сплю, а другим дремлю. И я уже не стал хотеть спать совсем.

Потом решили идти купаться.

— А помнишь, как я утонул, когда маленький был?

И опять была рассказана пренеприятная, уже хорошо известная Ване история. Дело в том, что прошлым летом Володя еще не умел плавать и должен был во время купания с мальчиками довольствоваться тем, что барахтался у самого берега. Правда, Володя вскоре выучился водить по дну руками, болтая при этом ногами. И казалось, что он плывет. Но раз на берег пришли ребята в городской окраины Глинки, считавшиеся в Керчи самыми отчаянными, и сразу заметили обман.

— Эй ты, грязнуха, землечерпалка! — крикнул один из них. — Чего по дну корябаешься?

Володя сказал:

— Не видел, так не ври… — И для большей убедительности добавил: — У меня только ногу свело, а то бы я показал вам, как плавать надо.

Большие глинковские мальчишки засмеялись. Один из них поддразнил:

— А ну-ка, покажи, лягушонок, как ты пузыри пускаешь! Может быть, нас поучишь?

— Он, как воробьишка, только в пыли купаться может.