– О чики-чики-чики-чики-чикитам, – радостно прохрипел мобильник, поперхнулся и добавил на строгой ноте: – Я не подведу, обещаю.

После информатики супердевочка Уля Ляпина вместе с Ирками – Дудиной и Туркевич – спустилась в школьную столовую пообедать.

Здесь как раз шло решающее сражение между третьим «жэ» и четвертым «гэ» классами. Судя по обстановке на поле боя, «гэшники» из четвертого побеждали.

– Котлетами по врагу – огонь! – скомандовал волосатый Зуев, командир «гэшников».

В третьеклашек полетели котлеты. В дрогнувших рядах обороны сразу же появились бреши. Кто-то был ранен в лоб, кто-то выскребал из-за ворота острые комки панировки.

Ирки и Ульяна, пригнувшись, пробирались по траншее между столами в направлении раздаточного окна. Туркевич поскользнулась на макаронине и с громким стуком приземлилась на пол коленками. Следом божемойкнула Дудина. В нее попала струя компота. Ниоткуда объвился Моржов. Помаячил лопоухим пятном и тут же убежал в никуда. Уля Ляпина прикрыла подруг, отмахиваясь проворной ладошкой от шрапнели компотных косточек. Пока Ирки оправлялись от повреждений, она выхватила у командира «гэшников» из руки недоеденную котлету и заткнула ею Зуеву рот, чтобы тот не орал ей в ухо. Третьеклашки, воспользовавшись моментом, ударили по неприятелю пирожками, и густые кровопотеки джема лишили «гэшников» малейшей возможности реально оценивать обстановку.

В это время в дверях столовой появились дежурные старшеклассники во главе с Бармалеем Павловичем, учителем физкультуры.

– Снова Санту Хермандаду устроили?!! – заговорил он с ходу по-людоедски. – Всем сидеть, рты в щелочку, руки на стол!

Столовая мгновенно притихла, оставшиеся в живых воровато размазывали подошвами разбросанные по полу боеприпасы.

Физкультурник встал у стены – руки уперев в бедра, ноги на ширине плеч, лоб открыт, подбородок поднят, глаза навыкате. На плакате над его головой вставало солнце над хлебным полем. Добрый, улыбающийся медведь шел по полю, раздвигая колосья и стряхивая с них утреннюю росу. На медведе была футболка с трехцветной радугой российского флага. Вдоль полосок тянулась надпись: «Если б не единоросс, хлеб в России бы не рос». В Бармалее Павловиче, учителе физкультуры, было тоже что-то медвежье, хотя цвет его спортивного облачения не был выдержан в державных тонах.