Однако он последовал за Денисом. И удивился еще сильнее, потому что пол в коридоре оказался застелен не потертым линолеумом, а выложен дубовым паркетом. К тому же коридор стал намного шире и длиннее. Когда они дошли до кухни, Ник ахнул. Он привык видеть в ней шкафчик-развалюшку, старую плиту и маленький холодильник, который всегда громко бурчал. А сейчас он как будто попал в кабину межзвездного лайнера: вокруг блестели диковинные технические приспособления, мигали разноцветными огоньками панели управления, на месте старого шкафчика располагалась целая секция из матового стекла и какого-то очень красивого металла, сквозь прозрачные дверки виднелась посуда, а холодильник был таких внушительных размеров, что в него можно было бы положить целого бычка.

А главное, на плите кипел чайник. И не просто кипел. Он сообщил, выпуская из носика клубы пара:

– Выполняется операция кипения. Продолжить? Прервать? Остудить?

Денис подмигнул Нику и сказал, обращаясь к чайнику:

– Прервать.

Чайник послушно перестал булькать. Денис посмотрел вокруг и, увидав синий фарфоровый чайничек, как ни в чем не бывало стоящий на новеньком столе, обратился к нему:

– Заварить чай!

Фарфоровый чайник оторвался от стола и, подплыв к одной из полок, затормозил.

– Черный? С ромашкой? С жасмином? – пропищал он тонюсеньким голоском.

Денис спросил Ника, какой чай он любит. Мальчик хотел сказать «с жасмином», но не смог вымолвить ни слова. Денис улыбнулся и велел заварить жасминовый чай. Дверца полки открылась, оттуда показалась жестяная баночка, на которой был нарисован цветок жасмина. Крышка приподнялась, и в фарфоровый чайничек посыпался чай. Пока банка закрывалась и вставала обратно на полку, чайничек проворно спустился к плите, где его ждал большой чайник с кипятком.

Через несколько секунд чай был заварен, и фарфоровый малыш пропищал:

– Операция заварки завершена. Разливать? Подождать? Вылить этот чай и заварить другой?