Ибо службу Господню несет он в ночи, охраняя свой дом от врага.
Ибо мраку противится он электрической шкуркой и взором горящим.
Ибо дьяволу (смерти) противится он, быстролапо снуя возле жизни.
Ибо утром, в молитвах своих, любит солнце и солнцем любим.
Ибо он из тигриного племени, что несомненно.
Ибо Кот-Херувим – воплощение Ангела-Тигра…
Ибо сладостней нет ничего, чем покой его, если он дремлет,.
Ибо нет ничего искрометней – когда он в движенье приходит.
Ибо Бог одарил его гибким богатством движений…
Ибо существованье его преисполнено музыки тайной.
ВВЕДЕНИЕ
В Час пред Началом Времен изошла из тьмы на холодную землю Праматерь Муркла. Была она черна и шерстиста, как целый мир, вздумай он собрать воедино всю шерсть свою. Муркла изгнала вечную ночь и породила Двоих.
Горячи и слепящи, подобно Солнцу в Час Коротких Теней, были очи Харара Златоглаза; весь он был светел, как день, и мужествен, и прыгуч.
Фела Плясунья Небесная, подруга его, была прекрасна, как свобода, как облака, как песнь воротившихся странников.
Златоглаз и Плясунья Небесная родили множество детей и взрастили их в лесу, что покрывал мир в только что начинавшейся Древности. Крепкозубы, остроглазы, легконоги, честны до кончиков хвостов были их младшие – Быстролаз, Волчий Друг, Поющая На Древе и Сверкающий Коготь.
Но удивительнейшими и прекраснейшими из всех бесчисленных детей Харара и Фелы были первые трое.
Старшим из Первородных был Виро Вьюга; он был цвета Солнца на снегу, цвета Полета…
Средним был Грызли Живоглот, серый, как тень, и совершенно непредсказуемый.
Третьим родился Тенглор Огнелап. Был он черен, как Праматерь Муркла, но багряны, точно пламя, были лапы его. Он ходил сам по себе и самому себе мурлыкал, распевая.