— Нет ли на расстоянии примерно тысячи лап от полей, на которых появились изображения, — начала Трилистник, — каких-либо ручьев или речек?

Усики и маски закивали в знак согласия. Действительно, недалеко от каждого поля, где были обнаружены рисунки, протекает речка, не большая, не маленькая — средняя.

— Если стать лицом к северу, правда ли, что речка всегда протекает слева от поля и никогда — справа?

Вдумчивые кивки. Да, это так.

— Появляется ли рисунок после туманной или дождливой ночи или в ночь, после которой находят рисунок, небо бывает ясным?

Клиенты молча обдумывают ответ, затем, посоветовавшись друг с другом взглядами, кивают, и чей-то голос с общего согласия произносит:

— Каждая ночь перед появлением изображения была ясной.

Трилистник кивнула в знак благодарности за помощь.

— Был ли последний сезон особенно урожайным? Или этот год был трудным для фермеров?

В толпе заискрились смешки. Никоим образом нельзя назвать прошедший год трудным для сельского хозяйства. Они, конечно, от рассвета до сумерек трудились на своих ухоженных полях, но этот год был особенно урожайным.

— Кто-нибудь узнает это? — Сыщица показала фетровый диск, похожий на берет, размером с пол-лапы.

Удивленный возглас из четвертого ряда:

— О, я нашел такой же! На моем поле, расположенном на вершине холма, около апрельского рисунка!

— Ясно, — подтвердила сыщица. — Благодарю вас, джентльфериты, это была замечательная загадка. Польщена тем, что вы пригласили именно меня, чтобы разгадать ее. Ваши таинственные узоры, ваши рисунки из кукурузных стеблей — работа прибывших сюда парижских художников-мышей.

В толпе молчание. Лапы поглаживают усы, точно так же как это делает сыщица.

Если есть в расследовании самый счастливый момент, то он наступил сейчас, когда решение объявлено клиентам и можно наблюдать, как в лучах очевидности тает их недоверие.