Она зашагала по коридору к открытым дверям его кабинета. "Эверетт Сандерс, д-р философии" - было написано на матовом стекле черными буквами. Он склонился над клавиатурой компьютера, повернувшись худой спиной к двери. Лоснящийся розовый скальп просвечивает сквозь редеющие светло-каштановые волосы. Униформа Эва Сандерса: белая рубашка с короткими рукавами и коричневые синтетические брюки. Лизл не требовалось заглядывать спереди, она и так знала, что на его шее аккуратно и плотно завязан неописуемый коричневый галстук. Лизл постучала в дверное стекло.

- Войдите, - не оглядываясь, произнес он.

- Это я, Эв.

Эв обернулся и, завидев ее, встал. Как всегда, джентльмен. Слегка за сорок, но выглядит старше. И, разумеется, очередной грязно-коричневый галстук затянут высоко над адамовым яблоком.

- Привет, Лизл, - сказал он, устремив на нее из-за стекол очков в тонкой проволочной оправе водянистые карие глаза. Улыбнулся, обнажив чуть желтоватые зубы. - Замечательно, правда?

- Что именно?

- Отзыв.

- Ах да! Отзыв. По-моему, замечательно, и вы тоже так считаете?

В ежегодном выпуске "Ю-Эс ньюс энд уорлд рипорт", посвященном колледжам, Дарнеллский университет получил высшую оценку, и дело даже дошло до того, что его назвали "новым южным Гарвардом".

- Могу поспорить, Джон Мэннинг теперь жалеет, что ушел в Дьюк. Все, что нам требуется для полноты картины, это баскетбольная команда первой лиги.

- И чтобы вы ее тренировали, - добавила Лизл.

Эв издал один из своих редких смешков - хе-хе-хе - и потер руки.

- Итак, чем могу быть полезен?