Она даже не заметила, кому отдала рюкзак, и, когда пришли в лес, закричала: "Эй, а у кого моя сумка?" Витька поспевал всюду. Он показывал, где лучше набрать валежника, как сложить костер, в чем заварить чай. Он сам построил шалашиком лучинки и с одной спички запалил костер. Он учил девчонок делать бутерброды и объяснял, как превратить листья лопуха в тарелки. Витька был маленький, хрупкий, верткий, и почти никогда его слово не было первым в классе, если, конечно, говорить о серьезных вещах - подраться, потискать девчонок или выбрать фанту, пивко или какой другой дринк. Но когда речь шла о чем-то скучном, да ещё требующем организационной сметки и ответственности, тут Витьке охотно уступали первенство и охотно его слушались. А зачем спорить, если нашелся доброволец, готовый взять хлопоты на себя и освободить прочих от необходимости думать и выбирать? Вот и в очередном лесном походе Витька ревностно исполнял обязанности добровольного распорядителя. Но Светка его не замечала. Она носилась с мальчишками среди кустов. Кидала нож в толстенный пень. Стреляла из самодельного лука. Потом её поставили меж двух сосен, как вратаря в воротах, и затеяли играть в футбол. Но Светка не выдержала простоев, когда кутерьма вокруг мяса укатывалась на другой край поляны, самочинно переставила себя в нападение и так отчаянно дралась за каждый гол, что едва не насадила мяч на какую-то железяку. Словом, Светка развлекалась вовсю. Вообще-то, в Светкином и Витькином классе, девчонки, наиболее продвинутые по части любви и дружбы, давно уже бились об заклад: захомутает Витька Светку или нет? Продвинутые девчонки не одобряли мальчишеских Светкиных развлечений и полного её презрения к поцелуям. И, хотя Витька такой, какой есть, никому из нормальных девчонок был не нужен, но тут дело встало на принцип: что ж это такое - все девчонки, как люди, а Светка - не пойми что! Учителя тоже пожимали плечами: и что Кочур нашел в этой Муштаевой? Не девчонка - сорванец.