Нет, не то. Был соблазн — и перед ним Кулибин устоять не мог: новый замысел.

Привез в ту пору купец Извольский в Нижний Новгород иноземные приборы — телескоп, электрическую машину да микроскоп. Кулибин увидал их впервые. Как некогда у Микулина часы с кукушкой, так теперь чудесные трубы, умножавшие силу зрения, выпросил на время у купца Извольского и разобрал.

А разобравши, положил непременно самому построить не худшие. О том был трудный разговор с Костроминым. Опасался купец, что главное дело — часы — вовсе бросит мастер.

Однако у Кулибина был немалый дар убеждения. Иван Петрович не вел длинных речей, говорил немного п неторопливо.

Он верил в себя и умел, не выхваляясь, передать эту веру другим.

Костромин был человек много знавший, умом не обделенный — значение приборов он понимал. Сомнения же его Кулибин сумел победить. Приезд императрицы отсрочен на год. Довольно времени построить приборы и закончить часы. По слухам же, царица покровительствует просвещению и любит тем пред иноземцами хвалиться. Подношение вместе с диковинными часами ученых приборов умножит славу русского мастерства.

Костромин сдался. Выдал денег на нужные припасы и согласился работу над часами отложить.

Кулибин взял еще одного помощника — Ивана Шерстневского, юношу, весьма способного к механике, ясноглазого и веселого, каким сам был в его годы.

Электрическую машину по образцу иноземной изготовил Кулибин быстро и без большого труда. Опыты электрические были весьма занимательны. Звал Кулибин всех, кто в доме был, говорил, чтобы взялись за руки, словно в хороводе. А крайний держал металлические цепи, соединенные с машиной. И внезапно, когда начинал Кулибин крутить машину, все ощущали как бы удар или укол в ладони, и дрожь пробегала по телу. Был испуг и вопли. А когда испуг проходил — смеялись. С треском пролетали по воздуху голубые искры — как бы малые молнии. Колыхались, словно от ветра, бумажные полоски. Оживали иголки — становились на острие и подпрыгивали, притянутые тайной силой машины.