Нахмурился царь, а старик рассмеялся.

— Всё равно не отдам вам невесту! — кричит царь.

— Отдашь! Как не отдашь! Бедняк её жених, а не царевич! Не веришь, так сейчас увидишь! Кто из нас прав, у того в руках жареный фазан оживёт и взлетит.

Взял царь фазана с блюда — не оживает. Взял старик жареного фазана — оперлась птица, взмахнула крыльями и взлетела под потолок.

— Всё равно не отдам невесту! — кричит царь.

— Девушка сама пойдёт за того, кто спляшет на острие кинжала! — отвечает старик.

Не хочется царевичу терять невесту. Вышел он плясать. Наступил на остриё кинжала и поранил ногу.

Вышел плясать бедняк и закружился в пляске на острие кинжала.

Поднялась невеста, подошла к бедняку — никто не посмел удержать её.

Покинула невеста дворец вместе со стариком и юношей. Пришли они туда, где жили братья. И поставил старик молодым новый дом на краю селения. Собрал он их потом всех и сказал на прощание:

— Будете счастливыми, покуда будете гостеприимными.

Зажили братья счастливо, не ведают больше ни горя, ни нужды.

Прошло время, может, мало, а может, и много. И вот отправился однажды старик проведать братьев, узнать, как они живут, как его наказ выполняют. Вызвал он дождь, ветер и постучался в дом старшего брата:

— Сделай милость, приюти на ночь.

— Ступай прочь, на вас, на захожих людей, хлеба не напасёшься!

— Коли так, живи по-прежнему! — молвил старик и постучался в дом среднего брата.

Средний брат тоже не впустил нежданного гостя.

— И ты живи по-прежнему! — сказал старик и отправился к младшему из братьев.

Постучался. Отворила дверь хозяйка. Не узнала она старика.

— Пусти меня, добрая женщина, переночевать.

— Входи, гостем будешь, — пригласила она, хоть и не ко времени был гость — муж у неё лежал при смерти.