Дошла очередь до Мамеда. Разогнал он коня, взлетел над деревом и бросил яблоко в старшую царевну.

– Это для старшего брата, – сказал он.

Посадили Мамеда подле царя, угощали по-царски, а когда он наелся, остатки еды велел отослать своим братьям. Потом сел Мамед на коня, прискакал в пустыню, переоделся и пришёл домой. Скоро и братья прибыли.

Вытряхнули они из карманов горсточку плова и говорят Мамеду:

– Идём с нами завтра на той. Мы сегодня досыта наелись и тебе бы хватило.

Собрались они наутро на праздник, а Мамед в пустыню. Махнули братья на него рукой и уехали. В пустыне Мамед сжёг волосок гнедого коня. Принёс конь шёлковые одежды, чёрный халат, чёрную папаху и чёрные сапоги.

Спрятал Мамед старую одежду, вырядился в новую, сел на коня и помчался на той. В пути братьев догнал. И они опять попросили его:

– Молодец! Тебе ли на твоём коне не перескочить чинары? Коли останется после тебя плов, пошли его нам, как послал вчера красный джигит.

– Будь по-вашему, – крикнул им Мамед и ускакал.

А перед чинарой опять стоял целый ряд джигитов. Взял Мамед яблоко, дождался очереди, прыгнул через чинару и, пролетая, бросил яблоко в среднюю царевну.

– Это для среднего брата!

Опять угостили Мамеда на славу, а остатки он отправил братьям.

Когда Мамед в пастушьей своей одежде заявился домой, братья дали ему горсточку плова, но попрекнули:

– Всегда ты был обузой для нас. Даже на тое приходится думать о тебе.

На третий день перед чинарой явился молодец в серых одеждах на сером коне. Перескочил он чинару, бросил яблоком в младшую царевну и сказал:

– Эта моя!

Опять Мамед и сам угостился и братьев угостил, а из пустыни вернулся позже обычного. Принёс на спине вязанку дров.

Запалил возле дома костёрик и попросил братьев:

– Дайте мне ваши одежды, я хорошенько вытрясу их.