Только шпиону, самоубийце или сумасшедшему могло прийти в голову таскаться в такую погоду по Бюргерпарку. Тем не менее, человек из трамвая не менее получаса добросовестно водил Тайсона за собой, в темноте и грязи, словно пророк Моисей провинившихся иудеев. В конце концов, он все же вернулся на площадь перед Центральным железнодорожным вокзалом. Постоял, изображая непродолжительное раздумье, и решительно направился к двери пивной "Хаксенштюбе".

- Здравствуйте, Иван Иванович!

Привет. Присаживайся. - В заведении было тепло и сухо, пахло вкусной едой и пенистым немецким пивом. - Закажи для начала чего-нибудь. И мне тоже.

- Угощаете?

Тебе не стыдно? - развел руками Иван Иванович. - Меня, можно сказать, почти нищего пенсионера...

- Шучу! Маленькая месть за сегодняшнюю прогулочку на свежем воздухе...

Совместными усилиями, с трудом пробираясь сквозь дебри готического шрифта, на котором было напечатано меню, мужчины заказали себе что-то мясное. А с учетом ненастной погоды и настроения, вместо традиционного пива решили употребить не менее традиционный немецкий глинтвейн - очень горячее, пряное и недорогое вино.

Тоже наш человек? - подмигнул собеседнику Тайсон, когда официант отошел от столика.

- С чего ты взял? - удивился тот, кого он называл Иваном Ивановичем.

- Может подслушать что-нибудь. И донести. Немцы - они такие...

- Не успеет. Плевать. Завтра ни тебя, ни меня здесь уже не будет.

- Спасибо, что предупредили, гражданин начальник.

Но Иван Иванович решил не обращать внимания на иронию Тайсона:

- Пожалуйста. - И сразу же перешел к делу:

- Новое задание. Черт его знает, что вообще может получиться...

Битте шен... - Официант принес две кружки с источающим ароматы напитком густого вишневого цвета.

Данке! - на всякий случай, Тайсон вновь обратился к собеседнику по-русски, только когда они остались одни: