Алик круто повернулся. Он понял, что зря надеялся на то, что его позовут к себе Бавыкин и компания. Он лучше пойдет домой и будет читать книжку. Но уйти домой ему тоже не разрешили.

– Стой!

Алик не послушался и сделал несколько шагов. Вокруг него засвистели камни. Шурка догнал Алика и очертил острым куском черепицы вокруг него линию.

– Не переступать через черту, – пригрозил он. – Ты арестован. Если переступишь, смотри…

Мальчишкам понравилось играть в арестованного Алика. Они насобирали кучу камней и разлеглись на обсохшей земле около портфелей.

– Я буду загорать, – сообщил Гога.

Положив голову на портфель, закутался поплотнее в пальто, зажмурился и подставил солнцу вздернутый веснушчатый нос.

– Я буду читать, – сказал Шурка.

Он сел, скрестив по-турецки ноги, положил на колени толстую книгу и покосился на Алика. Тот терпеливо стоял в центре очерченного круга.

– А я тоже буду загорать, – не сумев ничего придумать, собезьянничал Славка.

Но загорать ему через две минуты надоело. Он достал из кармана увеличилку, подполз к Шурке и, собрав яркое весеннее солнце в тоненький ехидный лучик, принялся прожигать в чужом ботинке дырку. И уже заструилась бледная струйка дыма, как вдруг кто-то загородил солнце.

Сначала Славка подумал, что это Алик нарушил запрет и перешагнул черту. «Ты что, стеклянный?» – хотел он спросить у него, но, когда обернулся, увидел сутуловатого парня лет пятнадцати-шестнадцати, без пальто, без шапки, который мрачно разглядывал мальчишек.

– Привет! – сквозь зубы процедил он.

– Здравствуйте, – испуганно кивнул головой Славка.

Гога открыл глаза и сел. И первое, что он увидел, – это была вкрадчивая рука парня, которая тянулась к Шурке, за книжкой. На руке синими крапинками было написано: ЛЕШКА. Славка испуганно сунул в рукав пальто свою редкостную увеличилку. Шурка прижал книгу к груди. Но Лешка молча ухватил ее за край и дернул к себе. Посмотрел название: «Сварожье племя». Послюнявил палец, перебросил, не читая, несколько страниц, спросил: