И она нараспев стала диктовать:

Слова в заклинании были наполовину непонятными, но Энни их сразу хорошо запомнила: память у нее была отличная!

Когда Эфалия Штильтойфер убедилась, что девочка затвердила заклинание назубок, она радостно улыбнулась:

– С половиной дела покончено! Теперь осталась другая половина: подарить заговоренное зеркальце Миниберу!

– Не могу же я заявиться на день рождения без приглашения, – напомнила Энни забывчивой старушке.

– А ты и не приходи! Гордость – прекрасное чувство, и я всегда его уважала. – Эфалия Штильтойфер понизила голос и ласковым доверительным тоном посоветовала: – Ты должна подарить зеркальце накануне вечеринки. Столкнись послезавтра утром на перемене с этим противным мальчишкой и скажи ему приблизительно так: «Вот тебе мой маленький подарок, Минибер! Извини, но я дарю то, что оказалось сейчас под рукой!»

– А если он не возьмет зеркальце?

– Возьмет, обязательно возьмет! Он растеряется, увидев тебя, а ты ему и вложишь в руки свой сувенир. Ну что, договорились?

Энни не успела ответить, потому что в этот момент внизу хлопнула входная дверь. Старуха и девочка испуганно вздрогнули, и тут же изображение Эфалии Штильтойфер стало бледнеть и таять прямо на глазах у Энни. Миг – и оно исчезло совсем.

Девочка очнулась от столбняка и торопливо положила зеркальце обратно в шкатулку, а саму шкатулку сунула в сейф. Только успела прикрыть скрипучую дверцу, как в кабинет вошел отец.

– Что ты здесь делаешь, Энни? – спросил он девочку, увидев ее возле письменного стола. – Почему ты не в своей комнате или гостиной?