– Нам сюда! – воскликнула Матильда, увидев оклеенную портретами поп-музыкантов и кинозвезд стену и большого плюшевого Альтерфатти в одежде Санта-Клауса, лежащего в кресле. – Это наверняка ее комната!

Амалия толкнула рукой форточку, и – о, счастье! – она отворилась.

– Я чувствую себя настоящей взломщицей, – призналась Матильда, влетая вслед за сестрой в спальню Энни, – хотя совесть моя совершенно чиста, и мы с тобой делаем благое дело.

– Только время покажет, насколько оно благое, – проворчала чуть слышно Амалия и принялась рыться в тумбочке, которая стояла возле кровати. – Странно: зеркала здесь, кажется, нет!

В ящиках его не оказалось тоже.

– Посмотри в сумочке, – посоветовала Матильда, копаясь сама среди книг и журналов, которыми был забит старинный книжный шкаф.

– Есть! – весело доложила Амалия, доставая из сумки Энни Штильтойфер небольшое зеркальце. Но тут же грустно добавила: – Но это – другое…

Оставив в покое журналы и книги, Матильда перепорхнула на коврик возле кровати.

– Ну, если и под подушкой нет… – нараспев произнесла она и взялась за огромную пуховую подушку. С трудом откинув ее в сторону, Матильда радостно воскликнула: – Нашла! Нашла! Вот оно наше зеркальце!

– Пока еще не наше, – поправила сестру Амалия, – меняй зеркала скорее, и летим домой!

– Сейчас… – Матильда дрожащими от волнения руками стала расстегивать замочек на своей дамской сумочке. – Проклятье! Заело!

Внезапно за стеной раздался какой-то подозрительный шум, который через секунду превратился в оглушительный грохот. Казалось, что кто-то в соседней комнате собрался разнести в клочья всю мебель и разрушить все, что подвернется под руку.

– Это у меня в кабинете! – догадался отец Энни и ринулся из гостиной наверх.

– Я вызову полицию и скорую помощь! – крикнула ему вслед супруга. – Полицию для жуликов и скорую – для нас!

«Неужели это фрау Эфалия решила порезвиться?»– подумала Энни и побледнела как мел.