— Сколько времени потребуется, чтобы добраться в пароконном экипаже до места подъема?

— Два часа.

Сыщик повернулся к кучеру:

— Послушайте, вы спросили с меня десять долларов за то, чтобы отвезти меня в этот городок; я заплачу вам сто, если вы доставите нас туда за полтора часа. Мой товарищ сядет со мной и вы можете припрячь его лошадь в наш экипаж!

Кучер ухмыльнулся, услышав это предложение.

— Сделаю все, что могу, — ответил он. — А если я загоню одну из моих лошадей…

— …Разумеется, я заплачу вам за нее, — докончил сыщик. — А теперь — вперед!

Кучер быстро принялся за дело. Он живо припряг третью лошадь, Моррисон вскочил в экипаж, и они помчались со страшной быстротой.

— Рассказывай дальше! — сказал Пинкертон. — Теперь тебе не нужно спешить, времени у нас достаточно, а потому расскажи мне все по порядку!

Моррисон повиновался и начал:

— Я впервые услыхал о полете в тот день, когда отправил вам телеграмму. Население смотрит на подъем шара точно на народное празднество. На месте, где произойдет подъем, уже поставлены временные пивные и портерные. Там сегодня с утра играет музыка и толпится народ. В школах отменены занятия, и многие рабочие не вышли сегодня па работу,

— Да, для них это великое событие. Подъем воздушного шара они принимают за нечто сверхъестественное, чудесное, — заметил Пинкертон. — Нельзя поэтому не признать, что арест преступников до полета может оказаться для нас опасным. Это может сильно раздражить толпу, которая лишится таким образом долгожданного зрелища! Полиция здесь, кроме того, слишком малочисленна, чтобы бороться успешно против толпы.

— Вы совершенно правы, начальник! Каким же образом думаете вы задержать негодяев? Ведь если полет состоится и они поднимутся па воздух, они ускользнут от нас!

— Этого-то я и хочу! При любых остоятельствах мы арестуем негодяев — на этот счет будь спокоен!