Единственное, что было в коттедже достойно внимания, – это большая, в натуральную величину, фотография девушки в полный рост, прикреплённая к стене четырьмя полосками клейкой бумаги.

Попыхтев, Мик, разобрал: «Кенди Смит – лучшая баскетболистка района!»

На фото Кенди улыбалась чуть напряжённо, Чёлка прилипла к вспотевшему лбу, а губы замерли на непроизнесенном слове.

– Бедненькая! – скрестил лапы на животе Мик. – Ишь, как замучили!

Шума мотора черепашка не услышал. Он опомнился, лишь когда в дверной щели проскрежетал, поворачиваясь, ключ. Мик оторвался от созерцания объекта своих воздыханий. Заметался по коттеджу. Ну, скажите на милость, куда спрятаться в абсолютно пустой комнате!

Мик метнулся в ванную комнату и набросил на дверь цепочку.

В ту же секунду по комнате раздались шаги. Потом мягко шлёпнулись, разлетевшись, туфли: Мик разглядел босые шаги.

– Попался! – констатировал он, не зная: заранее сдаться на милость хозяйки или повременить.

Решил выждать, надеясь в душе на чудо. От воспитания ли Сплинтера, от природных ли наклонностей, но Мик был чуточку авантюристом. Причём, удачливым. Ещё будучи маленьким черепашонком, Мик умудрялся слизывать чужое варенье так, что подозревали кого угодно: от братьев до Эйприл, но никак не Мика, таращившегося невинно и непонимающе. Оставалось надеяться, что в коттедже отключён водопровод – и хозяйка в ванную не сунется. А когда девушка уснёт, тут и представится возможность улизнуть незамеченным. Мик сосредоточился, внушая Кенди сладкий сон. Наморщил лоб. Даже лапы задрожали от усилия.

За дверью, видимо, его усилий не оценили: к ванной приблизились шаги.

Далеко внизу, терзая нервы и заглушая карманный приёмник, с раннего утра долбил асфальт отбойный молоток.

Эйприл уже не раз, выглядывая, пожалела, что давно миновали времена ведьм и заклинаний: она б взглядом испепелила этих копошащихся внизу бандитов.