– Ну иди сюда, миленький бычок, иди сюда, радостный мой, хороший ты мой, – шептал возбужденный Микеланджело, предчувствуя скорое освобождение.

Круторогий бык остановился в нескольких шагах от черепашки и удивленно мигнул. Еще несколько минут понадобилось, чтобы подманить быка ближе. Удивленное животное обнюхало руки черепашки, потянулось понюхать его панцирь.

В этот момент Микеланджело начал почесывать быка между глаз, потом по его вихровинке, затем между рогами. Животное блаженно вытягивало голову, подставляя то правое, то левое ухо. Наконец Микеланджело это надоело и он резко ухватил быка за рога.

Бык испугался и отпрянул от окна, на что и рассчитывал Микки. Правда не сразу удалось освободить панцирь из пролета, но бык уперся всеми четырьмя ногами в землю, подался назад и вытащил-таки черепашку из окна. Это оказалось довольно больно. На панцире проступила кровь в нескольких местах. Но Микеланджело не замечал ран. Он с благодарностью похлопал быка по шее и принялся осматривать окружающую его местность.

Участок, на котором стоял дом с подвалом, был окружен довольно высоким забором. Рядом с забором стояло дерево, ветки которого простирались на улицу. Микеланджело, стараясь не шуметь, подошел к дереву и вскарабкался на него.

По ту сторону забора стоял фургончик, в котором его привезли сюда. Микеланджело спустился по веткам дерева на землю и оглянулся. Никого не было. Тогда он проник в кабину. Ему нужно было бежать подальше от этого места. Чем быстрее, тем лучше. Желательно до рассвета.

Чтобы не разбудить хозяев, Микеланджело снял автомобиль с тормозов и, упершись изо всех сил, начал толкать его сзади. Автомобиль медленно покатился по дороге.

Откатив машину метров за двести, Микеланджело повозился в замке зажигания с проводками, завел мотор и выехал на автостраду, по которой изредка проносились другие автомобили.

Черепашка не знал, в каком направлении следует ехать, чтобы добраться до Нью-Йорка.