Лили удивленно охнула.
— Неужели, ты вступила в войну с другими воронами?
Хрипунья возмущенно закаркала.
— Карр, карр, делать мне нечего! Да вороны мигом бы меня заклевали. И мой чудесный талант певуньи пропал бы из-за какой-то пшеницы. Какой кошмар! Нет, я отпугивала своих товарок по-другому. Знаешь, кем я работала на поле? Мертвой вороной!
Зубастик даже сел на землю от удивления и разразился громким воем.
— Как это — мертвой вороной? — не поняла Лили.
— Оч-чень даже просто! Эту хитрую штуку придумал Страшила. Понимаешь, Лили, птицы хорошо изучили его прежние хитрости, и перестали бояться его трещетки и рогатки. Но птицы всегда пугаются, когда жестокосердные фермеры вывешивают на поле мертвых птиц. Кошмар! Я сама этого боюсь до ужаса. И вот Страшила мне предложил изображать мертвую птицу. Он воткнул посреди поля кол, и днем вывешивал меня на нем вверх ногами. Уж-жасная работа, должна я вам сказать!
Лили сочувственно кивнула.
— Это наверное, очень неудобно — висеть целый день вверх ногами!
— Конечно, это полный кошмар, карр, карр! Но еще хуже, что при этом висишь вниз головой. Одна радость, что по ночам, когда мои товарки несолоно хлебавши отправлялись спать, я устраивала себе пир. Я и завтракала, и обедала и ужинала до самого рассвета. Ох, как же приятно поесть отборного зерна от пуза, да при этом не опасаться, что тебя прогонит жестокий сторож!
— То-то я вижу, что ты заметно поправилась, — улыбнулась Лили.
— Еще бы! — гордо задрала клюв Хрипунья. — Но, к сожалению, все хорошее быстро всегда заканчивается. Вчера фермер взял косу и скосил всю пшеницу, и потом отвез ее на мельницу. Я хотела бы туда сунуться, но местные вороны и воробьи встретили меня ужасно невежливо. Кошмар! Вот тогда-то я и вспомнила, что целый месяц собиралась к тебе в гости.
Кстати, у тебя не завалялось случайно несколько спелых колосков?
— Нет, но я могу попросить пшеницу у соседей, — ответила Лили и зевнула. — Только они, наверное, уже легли спать. Рыбаки всегда так делают, потому что встают очень рано, еще до зари. И у меня тоже глаза начали слипаться. Пошли спать, а?