— Да, не просто быть актёром в театре кукол!
— Это тяжелая работа, требующая предельно строгого отношения прежде всего к себе самому. Но сколько этот труд приносит радости! Актёр это не простой человек, и даже не простой волшебник. Настоящий актёр — это пророк. Он говорит правду со сцены, он несет людям радость жизни и отдает свою любовь, чтобы люди становились счастливее и искали сокровища не на земле… Актер должен быть достоин этого высокого звания. Ведь сцена… Она возвышается над повседневностью!
Флейта звучала все громче и громче. К ней прибавились нежные звуки клавесина. За клавесином сидел красивый юноша в белом парике, заплетенным косичкой. Его лицо было светло и ясно. Ангельское лицо… Это Моцарт! Великий Моцарт, творивший великую музыку! Он играл так самозабвенно, казалось, для него не было на свете ничего радостнее, чем играть на клавесине. Да, воистину, «Нас мало избранных…» Волшебник медленно убрал свои руки. Но… Моцарт продолжал играть! А музыка… продолжала звучать…
Самый добрый дрессировщик на свете
— О, мои дорогие, как я люблю цирк! Конферансье в черном фраке важно объявляет: «Гимнасты под куполом цирка!» или «Акробаты на трапеции!» или «Канатоходцы!» И сердце замирает от восторга — как же так? Неужели человеку подвластны такие чудеса? Сколько же нужно работать над своим телом, чтобы летать на такой чудовищной высоте или ходить по тонкому канату и ещё выделывать всякие трюки! А животных дрессированных я не люблю. — Сверчок грустно вздохнул. — Да, мои дорогие, мне кажется, что диким зверям тяжко жить в тесной клетке.