Пробежав добрую милю, Бишка, наконец, остановился. Сил бежать больше не было. Оглядевшись вокруг, он присмотрел укромный уголок около старенького деревянного забора, улёгся на сохранившуюся еще мягкую мокрую зеленую траву, укрытую рыжими кленовыми листьями и даже не смог обнюхаться вокруг. Положив голову на передние толстые еще щенячьи лапы, сложенные крест на крест, Бишка закрыл глаза и… успев подумать, что жизнь его совершенно никчемная, отключился…

— Бишка! Бишенька!..

Бишке снился его Володька! Его добрые глаза из-под густых тёмных бровей так и сияли! И улыбка! Он осторожно гладил его по голове. О, блаженные минуты! Бишка тоже улыбался, как только мог! Чудесный сон, не кончайся никогда!..

— Бишка! Бишенька! Очнись! Эх, ты, брат, Башка-Бишка!..

Бишка открыл глаза… Перед ним стояла миска, из которой пахло ужасно вкусно! А рука, до такой степени знакомая, что у Бишки от радости что-то забулькало где-то в области сердца, чесала за ухом! «Я сплю!» — уверенно подумал Бишка и осмотрелся. Перед ним было светлое доброе Володькино лицо! Но в его глазах уже не было грусти. Они светились такими радостными огоньками, что Бишка вскочил и в волнении начал почему-то отряхаться, не удержался и упал, неловко растянувшись на скользком полу. Если бы он мог краснеть, он бы покраснел, стесняясь своей неловкости. Он хотел тут же встать на лапы, но был так слаб, что ему это никак не удавалось. Вдруг он почувствовал, как нежные сильные руки подхватили его и усадили прямо перед миской.

— Ешь, бедолага, ешь, набирайся сил! Я все удивляюсь, как ты нас нашёл?! — Володька не переставал чесать за ухом щенка, — Ничего, крёстный согласился тебя взять. Сначала никак не соглашался. Говорил, хватит моих крыс за окном! Это он ещё не знает про лягушек во дворе и мышонка за домом! Я тебе обязательно покажу моих крыс, и лягушек.