Паулина открыла глаза и… никого не увидела. Но ее рука продолжала ощущать теплый, хотя и мокрый, нос какого-то пса.

– Впервые вижу такой дурацкий сон! – чуть сердито, с легкой обидой, произнесла девочка и, откинувшись на подушку, снова закрыла глаза. Но через миг она вновь их распахнула и громко заявила: – Хотя дурацких снов я повидала уже немало!

Паулина повернула голову в ту сторону, где торчал невидимый мокрый нос, и строго спросила:

– Ты мне снишься, собачка, или нет?

– Ргав… – тихо ответил вежливый невидимка.

– «Ргав»… То ли «да», то ли «нет»… В любом случае, это неплохо! – решила юная гнэльфина и улыбнулась. – Даже не знаю, что лучше выбрать: волшебный сон или обычную явь!

– У тебя нет выбора, Паулина, – раздался вдруг в спальне мелодичный женский голос. – Шнапс достался тебе в наследство.

– Шнапс? – переспросила девочка. – Это такой горький напиток?

– Шнапс – это собака, – терпеливо объяснил загадочный голос.

– Почему же тогда я его не вижу?

– Шнапс не обычный пес. Он – привидение.

– Вот как! – обрадовалась Паулина. – Наконец-то я вижу настоящее привидение!

– Положим, ты его не видишь… Нужно захотеть его увидеть.

– Я хочу!

Девочка уставилась на собаку-привидение и… вскоре увидела ее! Шнапс был довольно-таки симпатичный пес, хотя и слегка прозрачный.

– Кстати, – спросила Паулина обладательницу красивого мелодичного голоса, – а вы сами кто?

– Мое имя Улла, я – зеркальная принцесса.

Зеркало в глубине комнаты затуманилось, и из него вышла красивая молодая гнэльфина.