Отчаявшись добиться от меня хотя бы простого мычания, старая добрая баронесса прошептала:

– Бедный ребенок! Надеюсь, со слухом у тебя все в порядке? Ты хотя бы слышишь?

В этот момент в гостиной звякнули ножами и вилками, и я невольно вздрогнул.

– Он слышит! – обрадовалась фрау Луиза. – Значит, еще не все потеряно! Я попробую излечить его от немоты!

– Спасибо, – поблагодарил за меня смущенный Кракофакс, – но мой племянник уже заканчивает курс лечения. Завтра последний день, завтра он должен заговорить!

– В котором часу вам к врачу? – поинтересовалась баронесса. – В одиннадцать мы уезжаем!

– Нам к девяти. В одиннадцать будем у вас, – пообещал дядюшка и вытер платочком пот со лба.

– Прошу к столу! – заглянула в комнату бабушки Паулина. – Все уже собрались, ждем только вас!

Но Паулина слегка ошиблась, в гостиной была только часть семейства: сам Дитрих Фитингоф, его жена фрау Эльза и старшая сестра Паулины Урсула. Брат Карл с супругой Евой и годовалым сыночком Генрихом, увы, еще задерживались. Не было за столом и Зеркальной Принцессы Уллы. Зато Пугаллино, Ганс-Бочонок и рыцарь Ольгерд уже давно сидели на своих стульях и нетерпеливо мяли в руках накрахмаленные салфетки. А под столом ждали угощений овчарка Линда, невидимка Шнапс и, конечно, наш Кнедлик.

Когда мы с дядюшкой заявились в гости к баронессе, Пугаллино представил нас обитателям этого дома, поэтому лишних реверансов нам, к счастью, делать больше не пришлось и мы спокойно уселись на подготовленные заранее места – в два высоких кресла с грудами диванных подушек – и повязали себе на грудь салфеточки.