Шрек снова подхватил Фиону на руки и направился к двери домика.

— Только ты и я! — удовлетворенно пробормотал он, пинком ноги привычно отворяя дверь.

Но что же они увидели, переступив порог? Осла! Говорящего Осла! Осел лежал в кресле, прямо напротив двери, задрав вверх все четыре ноги, и от нечего делать болтал сам с собой.

— Двое… двое ничуть не лучше одного… а я один… один — всегда, всегда…

Неизвестно, что еще он мог бы сказать, но тут Шрек, на мгновение застывший от неожиданности, воскликнул:

— Осел!

Осел подскочил, как подброшенный пружиной.

— Шрек! Фиона! — вскричал он, кидаясь им навстречу. — На вас просто приятно посмотреть! — Осел встал на задние ноги, передними, по давней привычке, упираясь в грудь Шрека. — Обними меня! Ах, месяц, целый месяц! Ты просто секс-машина!

Судя по выражению лица Шрека, никак нельзя было подумать, что бурное приветствие привело его в восторг.

— А вот и миссис Шрек! — продолжал тараторить Осел, поворачиваясь к Фионе. — Не найдется сахарку для старого друга?

Фиона улыбнулась, но, в общем, она тоже явно не была в восторге от этого сюрприза.

Пора было внести некоторую ясность в создавшееся положение, и Шрек спросил:

— Что ты тут делаешь?

— Забочусь о вашем любовном гнездышке! — с гордостью заявил Осел.

— Ага!.. Сортируя письма… — Шрек взглянул на табурет, на котором лежала куча по крайней мере из сотни писем, многие из которых соскользнули на пол, — И поливая растения! — Он перевел взгляд на полочку, где стояли в ряд несколько цветочных горшков, из которых торчали уже совершенно засохшие прутики.