- Кристо, тихо! Разбудишь всех!..

Кристобаль умолкает, садится рядом со Славиком и пристально глядит на Пашку. Выяснилось вдруг, что Пашку он терпеть не может...

- Убери его! - требует Пашка. - Он опять хочет меня укусить!

- Ничего он не хочет!

- Хочет! Я же вижу, он все время об этом мечтает!.. Ну вот чего я ему сделал, чего он на меня взъелся!

А Кристобаль просто ревновал хозяина...

Ночь проходила тем временем и кончалась незаметно. Светало. Пора было варить кашу. Пора сворачивать палатки, и уже начинался спор, кто их понесет. Какому дураку охота таскать палатки, они ж тяжелые!.. Вот где пригодился Кристобаль: две навьючивали на пса, остальные кое-как спихивали на мальчиков и отправлялись в путь.

В лесу было лето, тропа пружинила под ногой. Лес стоял веселый, праздничный. Широкие асфальтовые шоссе перечеркивали его вдоль и поперек. Время от времени путешественникам приходилось эти шоссе перебегать, после чего они вновь углублялись в девственно дикую чащу. В чаще паслись коровы. Вполне можно предположить, что это были дикие коровы: в глазах у них светилось что-то хищное, крокодильское. Летний мир сиял зеленым светом, как светофор, у которого перегорела красная лампочка: путь открыт, в дорогу! Дни проносились счастливо и мгновенно, горы и долы открывались им, реки и озера, и так хорошо было все идти и идти, а ночью, когда догорал костер, разбредаться по палаткам... Но стоило уснуть, как в палатку входил Кристобаль и наступал тяжелой лапой Славику на живот. Славик просыпался, вылезал из спальника и брал полотенце. Они шли к реке.

Мокрый Кристобаль, лунный свет, уплывающий по течению, ночной осторожный ветер в верхушках сосен...

А Пашка сиротливо сидел на береговом обрыве - подойти ближе Кристобаль не позволял, это было его время...

Иногда они вспоминали про Олегу. Иногда забывали. Но однажды, после полудня, Пашка ахнул, узнав местность.

- Вон за той горой!.. - возбужденно закричал он.